Официального мирного соглашения между Украиной и Россией по состоянию на июль 2026 года не существует, хотя переговоры продолжаются почти год — с тех пор, как в августе 2025-го в Анкоридже встретились Дональд Трамп и Владимир Путин. За это время стороны обсудили несколько версий мирного плана: от противоречивого документа с 28 пунктами до пересмотренной рамки на 19–20 пунктов, — но базовые разногласия по территории, численности украинской армии и перспективам НАТО так и остаются неразрешенными.
Самый острый вопрос — судьба Донбасса. Москва требует вывода украинских подразделений из тех частей Донецкой и Луганской областей, которые ей не удалось захватить силой, тогда как Киев настаивает на замораживании линии фронта в нынешнем виде. Президент Владимир Зеленский, глава МИД Андрей Сибига и руководитель Главного управления разведки Кирилл Буданов последовательно заявляют, что территориальные уступки неприемлемы ни политически, ни конституционно.
В начале июля украинские власти описывают линию фронта как относительно стабилизированную, а решающую борьбу — как переместившуюся в небо: речь идет о противовоздушной обороне и дальнобойных ударах по территории России. По информации Financial Times, Кремль может сознательно затягивать содержательные переговоры как минимум до 2027 года, рассчитывая на дальнейшее военное давление.
За прошедший год слово «мирное соглашение» звучало в Анкоридже, Женеве, Абу-Даби, Майами и Париже — и каждый раз обрастало новыми деталями. Одни раунды завершались оптимистичными заявлениями о 90-процентной готовности документа, другие — молчанием или взаимными обвинениями в срыве договоренностей. Линия фронта тем временем почти не двигалась, а небо над украинскими городами не оставалось спокойным ни одной ночи: дипломатический марафон превратился в отдельную реальность со своей логикой, персонажами и терминологией, параллельную реальности боевых действий на земле.
Что такое мирное соглашение и чем оно отличается от перемирия
В международном праве мирное соглашение — это юридически обязывающий документ, который официально завершает состояние войны между государствами и фиксирует условия дальнейших отношений: границы, репарации или компенсации, гарантии безопасности, механизмы мониторинга выполнения. Это принципиально иной уровень, чем перемирие или обычное прекращение огня, которые лишь останавливают боевые действия, не решая политических вопросов и формально не закрывая состояние войны.
Мирное соглашение — это юридически обязывающий международный документ, который официально завершает состояние войны; перемирие или приостановка огня такого статуса не имеют и могут длиться годами без окончательного урегулирования.
История знает примеры, когда промежуточный статус растягивался на десятилетия. Корейская война с 1953 года формально не завершена мирным договором — лишь соглашением о перемирии, так что Северная и Южная Корея юридически до сих пор находятся в состоянии войны. Дейтонские соглашения 1995 года, напротив, стали примером полноценного урегулирования для Боснии и Герцеговины, но лишь благодаря привлечению государств-гарантов и размещению международного военного контингента. Именно поэтому вопросы гарантий и миротворческого присутствия для Украины обсуждают параллельно с территориальным — без них любой документ рискует повторить судьбу предыдущих договоренностей, которые Россия уже нарушала в Молдове, Грузии и в самой Украине после 2014 года.
Долгий путь к столу переговоров: хронология 2025–2026
Активная фаза переговоров началась осенью 2025 года, когда спецпредставитель Трампа Стив Виткофф и советник президента Джаред Кушнер, только что завершив посредничество в соглашении по Газе, переключились на украинский вопрос. После серии контактов с главным переговорщиком Кремля Кириллом Дмитриевым появился план из 28 пунктов, который менее чем за неделю утек в прессу и сразу вызвал волну критики со стороны Киева и европейских столиц: документ выглядел как список максималистских требований Москвы, лишь частично смягченный.
Срочная встреча в Женеве 23–24 ноября 2025 года свела представителей США, Украины и ключевых европейских государств и положила начало пересмотру плана до примерно 19–20 пунктов. В декабре, после разговора с Трампом, Зеленский заявил о 90-процентной готовности соглашения, хотя территория и статус Запорожской атомной электростанции оставались открытыми вопросами. В начале января 2026-го в Париже приняли отдельную декларацию о гарантиях безопасности, а уже следующие трехсторонние раунды в Абу-Даби и Женеве впервые формально внесли территориальный вопрос в повестку дня — правда, без какого-либо прорыва.
| Дата | Событие | Значение |
|---|---|---|
| Август 2025 | Саммит Трампа и Путина на Аляске | Стороны по-разному трактуют устные договоренности |
| Ноябрь 2025 | Утечка «плана из 28 пунктов» | Критика Киева и Европы как слишком пророссийского |
| 23–24 ноября 2025 | Срочные переговоры в Женеве | План сокращен до 19–20 пунктов |
| Декабрь 2025 | Переговоры во Флориде | Зеленский заявляет о 90% готовности |
| 6 января 2026 | Парижская декларация | Рамка гарантий безопасности для Украины |
| Январь–февраль 2026 | Раунды в Абу-Даби и Женеве | Территория впервые официально в повестке дня |
| Март 2026 | Запланированные переговоры отменены | Из-за операции США и Израиля против Ирана |
| Май 2026 | Сибига подтверждает позицию Киева | «Никаких уступок», идея референдума |
| Июнь 2026 | Открытое письмо Зеленского Путину | Кремль отвечает скептически |
| Июль 2026 | Буданов снимает вопрос референдума | По данным FT, Россия тянет время до 2027 года |
По данным Axios, House of Commons Library и Financial Times.
Каждый новый раунд переговоров сопровождался заявлениями о «прогрессе» и почти каждый раз застревал на тех же двух пунктах — территория и гарантии безопасности. Эта цикличность стала настолько привычной, что украинские чиновники все реже называют конкретные дедлайны, а западные издания осторожнее формулируют заголовки о «близком» мире.
Главные противоречия: территория, армия, НАТО
По словам Буданова, в Москве убеждены, что на аляскинском саммите договорились о так называемой формуле «3 плюс 2»: признание российского контроля над Крымом, Донецкой и Луганской областями полностью и над оккупированными частями Херсонской и Запорожской областей. Украина такого толкования не подтверждает и настаивает, что никаких территориальных договоренностей на высшем уровне на самом деле не было. Разногласие именно в трактовке этой встречи — одна из причин, почему следующие раунды переговоров так тяжело продвигаются вперед.
Сравнение трех версий мирного плана — первоначального американо-российского, пересмотренного украино-американского и европейского контрпредложения — показывает, насколько далеко разошлись позиции сторон даже в деталях, которые на первый взгляд кажутся техническими.
| Вопрос | План США–РФ (28 пунктов) | План Украина–США (~20 пунктов) | Европейское контрпредложение (24 пункта) |
|---|---|---|---|
| Донбасс | Полный вывод ВСУ из Донецкой и Луганской областей | «Свободная экономическая зона» на спорной территории, вопрос — на референдум | Прекращение огня по нынешней линии фронта без отвода войск |
| Численность армии | Ограничение до 600 000 человек | Увеличено до около 800 000 человек | До 800 000 человек, отдельно оговорено «в мирное время» |
| НАТО | Конституционный запрет вступления Украины | Вопрос не урегулирован, заявку временно отложили | Решение остается за консенсусом членов НАТО, которого нет |
| Гарантии безопасности | Общая формула диалога Россия–НАТО при посредничестве США | Гарантии «вроде статьи 5» от США, НАТО и Европы | Аналогичные, с акцентом на «надежность» (robust) |
По анализу CSIS и открытых версий переговорных текстов.
В конце июня аналитики Института изучения войны обратили внимание, что Путин публично повторил требования, которые по сути совпадают с ультимативными условиями, озвученными еще в 2022 году во время стамбульских переговоров. По их мнению, это свидетельствует, что Кремль не отказался от первоначальных военных целей, несмотря на год интенсивной дипломатии и изменения на фронте. Киев в ответ последовательно повторяет: конституция запрещает отказ от территории, и никакое соглашение с территориальными уступками не получит поддержки общества.
Гарантии безопасности: что готова дать Украине «Коалиция желающих»
Параллельно с территориальным треком развивается отдельное, почти такое же сложное направление — гарантии безопасности. «Коалиция желающих», которая объединяет более 30 государств под сопредседательством Великобритании и Франции, еще в январе 2026-го в Париже приняла декларацию о «надежных» гарантиях, которые должны вступить в силу сразу после прекращения огня.
Ключевой элемент этой архитектуры — многонациональные силы содействия Украине (Multinational Force Ukraine), штаб которых разместили в форте Мон-Валерьен под Парижем. Двадцать шесть стран формально согласились развернуть контингенты в воздухе, на море и на суше — не на линии фронта, а в тыловых районах, которые еще определяют, и не для классической миротворческой миссии, а как сигнал стратегической поддержки. Мониторинг режима прекращения огня, по замыслу, обеспечат дроны, спутники и сенсоры под координацией США, а не американские подразделения непосредственно на земле.
Европейские лидеры открыто связывают новую архитектуру с горьким опытом предыдущих договоренностей: за последние полтора десятилетия Россия нарушала мирные соглашения в Молдове, Грузии и Украине, поэтому новые гарантии пытаются сделать не только политически, но и юридически обязывающими. Насколько эта конструкция выдержит проверку временем, покажет практика — подобные гарантии безопасности еще никогда не применяли в масштабе, сопоставимом с украинским.
Июль 2026: тупик или новая фаза переговоров
В очередном интервью Financial Times, отрывки из которого опубликовали 7 июля, Зеленский заявил, что линия фронта практически не движется, а решающая борьба идет в небе — именно противовоздушная оборона и дальнобойные удары по глубокому тылу России, по его мнению, определят результат войны. Президент добавил, что операция Службы безопасности Украины в Крыму уже замедлила милитаризацию полуострова: логистику частично перекрыли, а топливно-энергетический комплекс — под контролем украинских спецслужб.
В тот же день руководитель разведки Кирилл Буданов сообщил, что идея одновременного проведения референдума по мирному соглашению и президентских выборов больше не рассматривается — тема, которую еще весной активно обсуждали как способ легитимизировать будущее соглашение. Самые тяжелые бои последних дней идут на Константиновском и Покровском направлениях, а Россия, по оценке украинских чиновников, продолжает настаивать на создании демилитаризованной зоны на неподконтрольной ей части Донбасса.
На форуме оборонных индустрий во время саммита НАТО в Анкаре Зеленский привел данные о перехвате более 90% российских ударных дронов «Шахед» и призвал союзников развивать совместную противоракетную программу для всей Европы, а не только для Украины. По его словам, Россия ежемесячно теряет на фронте более 30 тысяч военнослужащих убитыми и ранеными, а украинские дальнобойные удары ощутимо бьют по нефтепереработке, логистике и военному производству — эти цифры принадлежат именно украинской стороне и на данный момент не имеют независимого подтверждения.
По информации Financial Times, Кремль не планирует возвращаться к содержательным трехсторонним переговорам как минимум до февраля 2027 года, рассчитывая полностью занять Донецкую область и одновременно ожидая, что Вашингтон со временем подтолкнет Киев к уступкам.
Что это означает для людей прямо сейчас
Год переговоров научил наблюдателей одному: отдельное заявление о «прорыве» или «90 процентах готовности» редко означает близкое подписание соглашения. Новости о мирном процессе стоит читать внимательно и проверять, кто именно сделал заявление — сторона переговоров, аналитический центр или анонимный источник, — а не воспринимать каждый громкий заголовок как окончательный приговор или гарантию.
Юридически обязывающее мирное соглашение, когда и если оно появится, пройдет через ратификацию, публичное обсуждение условий и, вероятно, референдум или выборы, так что процесс вряд ли станет одномоментным. Для семей, чьи планы зависят от развития событий — возвращение домой, восстановление бизнеса, решение о переезде, — разумнее ориентироваться на официальные каналы Офиса президента, МИД Украины и проверенные международные агентства вроде Reuters или Associated Press, а не на анонимные каналы, которые распространяют непроверенные «сливы» якобы согласованных текстов.
Зеленский уже намекнул, что осенью дипломатическая активность может возобновиться с новой силой, и ближайшие саммиты Евросоюза, G7 и НАТО станут проверкой того, насколько партнеры готовы давить на Россию ради ее возвращения за стол переговоров. До того времени линия фронта, небо над украинскими городами и переговорный трек продолжают существовать как три параллельные, тесно переплетенные плоскости одной и той же войны.
Добавить комментарий